Старая сделка общества не устраивает нового участника. Возможности для оспаривания от Пленума ВАС РФ

7780
- Почему раньше суды отказывали в иске новому участнику общества
- Как исчисляется срок исковой давности по сделкам, совершенным до момента приобретения статуса участника
- Является ли продавец доли или акций правопредшественником для нового участника

Новый участник общества или акционер компании может быть не согласен с ранее совершенными сделками общества. В этом случае он может оспорить сделку в судебном порядке. Суды долгое время отказывались удовлетворять такие требования. Однако Пленум ВАС РФ в своем недавнем постановлении расставил все точки над «i». Он разъяснил, что суд не может отказать в удовлетворении такого иска лишь на том основании, что истец на момент совершения сделки не являлся участником общества (п. 11 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью»; далее — Постановление № 28). Это положение обосновывается тем, что «участник, оспаривающий сделку общества, действует в его интересах (статья 225.8 АПК РФ)». Кроме того, Пленум разъяснил, что «течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно кстатье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества». Далее мы попытаемся кратко прокомментировать приведенные разъяснения и выявить возможные риски их применения.

«НОВЫЙ» УЧАСТНИК ОБЩЕСТВА НЕ ИМЕЛ ПРАВА НА ИСК В ОТНОШЕНИИ РАНЕЕ СОВЕРШЕННЫХ СДЕЛОК

Суды долгое время отказывали «новым» участникам в удовлетворении требований, возникших за пределами времени участия заявителей в уставном капитале компании. Этот подход распространялся на иски о взыскании причиненных органами управления убытков, оспаривание решений органов управления хозяйственных обществ и иски об оспаривании сделок, совершенных ими1.

Подобное ограничение объяснялось тем, что лицо, не обладавшее статусом участника в момент спорного действия, не могло нести какие-либо неблагоприятные последствия вследствие него. Суды указывали, что при оспаривании сделки акционеры защищают собственные права и законные интересы по осуществлению корпоративного контроля за деятельностью общества и по участию в распределении прибыли. Нарушение таких прав имеет место в том случае, когда истец являлся акционером общества на момент совершения сделки. В случае утраты лицом статуса акционера и перехода права на акции к иному лицу новый акционер, приобретший права на акции, не является правопреемником предыдущего акционера в отношении права на оспаривание ранее совершенных сделок (постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.03.2014 по делу № А27-18005/2012). Суд подкрепил свою позицию ссылками на другие судебные акты с аналогичной позицией (постановления Президиума ВАС РФ от 02.12.2003 № 9736/03от 09.12.2003 № 12258/03,от 03.02.2004 № 13732/03от 06.12.2005 № 9688/05от 08.12.2009 № 10220/09).

Это судебное постановление и приведенные в нем ссылки на господствовавшую до недавнего времени практику следовали логике более общего разъяснения.

Следует заметить, впрочем, что иногда зависимость между временем совершения обществом сделки и правом «нового» участника на ее оспаривание была менее очевидна, и суды, ориентируясь на обстоятельства конкретных ситуаций, признавали за «новыми» участниками право на иск. Например, оспаривание допускалось, когда условия «старой» сделки подразумевали ее исполнение после того, как истец приобрел статус акционера Заметим, что такой подход не вполне коррелировал с правовой позицией ВАС РФ о разумности и добросовестности приобретателя доли в капитале компании (постановление ФАС Поволжского округа от 07.03.2013 по делу № А55-10632/2007). В ряде случаев право «новых» участников на иск обретало вполне универсальный характер в том смысле, что оно признавалось уже в силу самого статуса истца как участника на момент подачи иска и не зависело от наличия этого статуса в момент совершения обществом оспариваемой сделки.

Суды установили, что истец является акционером ОАО. Последствием признания договоров займа недействительными является то обстоятельство, что они не создают для ОАО обязанности по уплате денежных средств в пользу ответчика. Суды пришли к выводу о том, истец является заинтересованным лицом, поскольку стоимость акций общества зависит от объема его активов, и их снижение в результате выплаты по ничтожным сделкам влияет на возможный размер дивидендов и затрагивает интересы истца как акционера (постановление ФАС Московского округа от 21.03.2013 по делу № А40-39879/07-132-337). Иными словами, защите подлежал статус инвестора как таковой.

К «НОВОМУ» УЧАСТНИКУ ОБЩЕСТВА ПЕРЕХОДИТ ПРАВО НА ВЗЫСКАНИЕ УБЫТКОВ С ДИРЕКТОРА ОБЩЕСТВА

«Универсализация» идеи о праве «нового» участника на иск привела к включению в постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее — Постановление № 62) правила, схожего по смыслу с комментируемым пассажем Постановления № 28.

Принятие Постановления № 62 не привело к автоматическому распространению сформулированного в нем подхода на другие требования «новых» участников, а именно, на заявления об оспаривании решений органов управления хозяйственных обществ и иски об оспаривании «старых» сделок хозяйственных обществ. Более того, в постановлении от 02.07.2013 № 2416/13 по делу № А42-6788/2011 (далее — Постановление № 2416/13) Президиум ВАС РФ провел четкое разграничение между возможностями «нового» участника оспорить «старое» решение органа управления и взыскать причиненные таким решением убытки.

Суд проверил, приобрел ли акционер свой статус на дату принятия спорного решения. Поскольку акционером общества он на тот момент не являлся, то у него не было права на обжалование указанного решения и, соответственно, на предъявление иска. Подача искового заявления в арбитражный суд лицом, не обладающим материальным правом на иск, является основанием для отказа в удовлетворении предъявленного требования. Между тем, если акционер считает, что оспариваемым решением его имущественные права нарушены, он не лишен возможности предъявить продавцу акций требование о возмещении убытков (Постановление № 2416/13).

Как мы видим, эта, выработанная совсем незадолго до появления Постановления № 62, правовая позиция очертила границы права на судебную защиту «нового» участника за счет исключения возможности оспаривания «старых» решений органов управления юридического лица. Интересный нюанс отмечен в упоминавшейся статье А. А. Ягельницкого: комментируемое постановление Президиума ВАС РФ было опубликовано после Постановления № 62. Таким образом, сформированная в нем правовая позиция, как отметил автор, «парализовала» действие Постановления № 622.

Утверждение о столь негативном влиянии постановления Президиума на действие Постановления № 62 (читай, пересмотр правовой позиции) едва ли должно быть столь категоричным, поскольку сама идея о допустимости перехода права на взыскание убытков к «новому» участнику не подверглась в нем сомнению. Что же касается права такого участника на оспаривание сделки, то факт появления комментируемого постановления Президиума ВАС РФ скорее подтверждает отсутствие у его членов единодушия по этому вопросу.

Что касается реституционных требований «новых» участников, то в период между принятием постановлений № 62 и № 28 в поле зрения судов попало несколько таких конфликтов, в которых истцы, обосновывая свое право на иск, апеллировали к Постановлению № 62 и просили применить его по аналогии. Мнения судов по вопросу о ее допустимости разделились. В одних случаях суды без сомнений соглашались такую аналогию провести (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.05.2014 по делу № А65-30562/2013). В других — возможность применения Постановления № 62 к иску об оспаривании сделки не представлялась судам настолько очевидной. Например, в одном из них основанием для отказа в иске явился вывод суда о том, что оспариваемыми сделками права и законные интересы истца не нарушены, так как на момент их совершения он не являлся участником общества, его воля не могла учитываться при принятии решения об одобрении спорных сделок. Суд указал, что ссылка подателя жалобы на п. 10 Постановления № 62 правового значения не имеет, поскольку предметом рассматриваемого требования является признание недействительными сделок (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2013 по делу № А56-22234/2013). Аналогичный подход можно встретить в постановлениях Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2013 ФАС Северо-Западного округа от 19.03.2014 по тому же делу, Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.04.2014 по делу № А56-20662/2013, по делу № А27-9349/2013.

Представляется, что второй, более осторожный, подход к вопросу о применимости Постановления № 62 в делах об оспаривании сделок более оправдан, если учитывать сущностные различия между этими двумя способами защиты нарушенного права. Однако Президиум ВАС РФ в постановлении от 10.12.2013 № 8194/13 занял противоположную позицию. Он указал, что разъяснение Постановления № 62 в части исчисления срока исковой давности по требованию участника о взыскании убытков, причиненных органами управления юридического лица, применимо и при оспаривании сделок юридического лица в случае, когда его органы управления не были заинтересованы в таком оспаривании. После его появления с большой долей вероятности можно было предполагать, что ретроактивность права «новых» участников на судебную защиту не ограничиться взысканием убытков и будет распространена на «старые» сделки общества; принятие Постановления № 28 лишь подтвердило эту мысль.

ПРИ ОСПАРИВАНИИ «СТАРОЙ» СДЕЛКИ УЧАСТНИК ДЕЙСТВУЕТ В ИНТЕРЕСАХ ОБЩЕСТВА И НЕ СВЯЗАН ВРЕМЕНЕМ ПРИОБРЕТЕНИЯ СВОЕГО СТАТУСА

В обоснование косвенного характера иска участника об оспаривании сделки общества Постановление № 28 содержит ссылку на ст. 225.8 АПК РФ. Напомним, указанная статья предусматривает процессуальные правила рассмотрения требований участников о взыскании убытков, причиненных юридическим лицам и рассчитана на применение «в случаях, предусмотренных федеральным законом». Насколько оправдана отсылка к ст. 225.8 АПК РФ в данном случае?

Думается, что обращение Постановления № 28 к ст. 225.8 АПК не столько свидетельствует о недостаточности подходящего нормативного материала, сколько характеризует тот базис, который положен в обоснование права на иск. Признание за «новым» участником права на иск в отношении «старой» сделки общества можно обосновать двумя способами. Во-первых, допустимо исходить из того, что «новый» участник является правопреемником прежнего, и с переходом участия в капитале компании к нему переходит и право на иск3. Как справедливо отмечает А. О. Рыбалов, «иногда для целей правового регулирования действительно удобнее рассматривать вереницу собственников некой вещи (иных правообладателей) в качестве единого лица. Разумеется, такой подход не означает появления нового субъекта права. Соответствующая маска участника оборота («акционер», «инвестор», «собственник определенной вещи») позволяет любому ее приобретателю примерить эту роль на себя. В результате каждый приобретатель «входит в роль» с самого начала»4. Более того, такой подход хорошо соотносится с природой участия в капитале компании — и доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, и бездокументарная акция входят в состав такой группы объектов гражданских прав, как иное имущество. Не являясь вещами, они представляют собой способ закрепления за лицом определенного объема имущественных и неимущественных прав и обязанностей (постановление Президиума ВАС РФ от 11.10.2011 № 5950/11). Соответственно, передача доли или акций «новому» участнику представляет собой переход к нему прав и обязанностей.

Еще один способ обосновать наличие у «нового» участника права на оспаривание «старой» сделки — исходить из того, что иск подается в защиту не своего, а чужого интереса, например, всех участников общества (п. 1 ст. 225.11 АПК РФ) или самого общества. Требование участника об оспаривании сделки, совершенной юридическим лицом, является косвенным с позиции того, что само общество, а не участник выступает выгодоприобретателем по такому иску5, причем независимо от действительных интересов общества. Ведь можно легко представить ситуацию, когда интересы участника-истца и общества в лице его менеджмента радикально расходятся по вопросу сохранения оспариваемой сделки. Если участник, обратившийся с иском об оспаривании сделки общества, действует не только в собственных, но и в чужих интересах, то вопрос о том моменте, когда возникло основание для предъявления требования, действительно не будет иметь какого-либо значения.

В пункте 11 Постановления № 28 объединены оба подхода. С одной стороны, предложено исходить из того, что, оспаривая «старую» сделку общества, участник действует в интересах последнего и потому не связан временем приобретения своего статуса участника. В то же время течение срока исковой давности начинается с момента, когда о сделке узнал или должен был узнать правопредшественник участника. Думается, что подобное сочетание имеет несколько искусственный характер, поскольку, признавая интерес в оспаривании сделки за самим обществом, срок давности предлагается исчислять с момента, когда о нарушении права стало известно не ему, а правопредшественнику участника6.

Подобная искусственность обоснована, а практическая выгода от сочетания обоих описанных выше способов легитимации права на иск станет очевидной, если принять во внимание тот вопрос, с разрешением которого эта искусственность связана. С одной стороны, взяв в качестве отправной точки для отсчета срока исковой давности момент, когда об основаниях для оспаривания сделки узнал прежний участник, можно исключить его (то есть срока) стремление к бесконечности. Ведь действуй участник в своем интересе, исчисление срока давности для оспаривания сделок общества начиналось бы заново для каждого последующего «нового» участника. С другой стороны, привязка иска «нового» участника к защите интересов общества мало того, что сама по себе исключает дискуссию об отсутствии у него права, нарушенного «старой» сделкой, но также позволяет уйти от вопроса о добросовестности и осмотрительности «нового» участника. Ведь заключая договор о покупке акций или доли в уставном капитале общества, он (в большинстве случаев) не мог не провести тщательную оценку рисков, связанных с приобретаемым активом, и оценить возможные негативные последствия «старых» сделок. Как разъяснил Президиум ВАС РФ по итогам рассмотрения конкретного спора, при приобретении акций лицо, действующее разумно и добросовестно, имеет право и обязано проявить заинтересованность относительно сделок общества, акционером которого лицо собирается стать. Узнав о наличии таких сделок, лицо могло отказаться от приобретения акций (и должно было сделать это, если полагало, что сделки совершены в нарушение интересов общества)7. Учитывая изложенное, представляется, что защита интересов самого общества (а не участника или коллектива участников) выглядит более презентабельной в качестве политико-правового базиса для иска «нового» участника. Ведь допуская, что «новый» участник осуществил проверку приобретаемой доли в компании и взял на себя выявленные в ее ходе риски, последующую подачу им заявления об оспаривании «старых» сделок общества в интересах самого общества уже сложно рассматривать в качестве умышленного удара по обороту или злоупотребление правом. Негативное последствие может заключаться лишь в том, что «новым» участникам таким образом дается своего рода индульгенция в отношении умышленного торпедирования «старых» сделок, то есть оборота. То, насколько инструментарий ст.10 ГК РФ позволит нивелировать этот возможный отрицательный эффект, должна показать практика; по меньшей мере упоминавшаяся правовая позиция об учете добросовестности и разумности приобретателя акций при оспаривании сделок общества подлежит корректировке.

Согласно новой ст. 65.2 ГК РФ участник корпорации, требующий возмещения причиненных корпорации убытков либо признания сделки корпорации недействительной или применения последствий недействительности сделки, должен принять разумные меры по заблаговременному уведомлению других участников корпорации о намерении обратиться с такими требованиями в суд и предоставить им информацию, имеющую отношение к делу. Более того, участники корпорации, не присоединившиеся к групповому иску, в последующем не смогут обращаться в суд с тождественными требованиями (п. 2). Эта новелла Гражданского кодекса РФ и предложенное в постановлениях Пленума об убытках и сделках обоснование права «нового» участника на иск (защита интересов общества) на первый взгляд не вполне корреспондируют друг другу. Однако обратившись к другим правилам этой статьи (п. 1 ст. 65.2 ГК РФ), мы сможем обнаружить, что подача участниками исков о взыскании причиненных корпорации убытков или об оспаривании совершенных ею сделок производится ими в качестве представителей этого юридического лица. При таком подходе получается, что обязательное привлечение других участников к рассмотрению спора (под страхом утраты права предъявлять тождественные иски) преследует вполне прагматичную цель — исключить саму возможность последующего предъявления аналогичных требований другими участниками.

ПОД ПРАВОПРЕДШЕСТВЕННИКОМ ПЛЕНУМ ВАС ПОНИМАЕТ ОТЧУЖДАТЕЛЯ АКЦИЙ ИЛИ ДОЛИ В УСТАВНОМ КАПИТАЛЕ

Оговорка в Постановлении № 28 о том, что «течение исковой давности по требованиям таких участников (акционеров) применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о совершении сделки с нарушением порядка ее одобрения узнал или должен был узнать правопредшественник этого участника общества», может вызвать вопрос о корректном понимании термина «правопредшественник». Вопрос тем интереснее, если принять во внимание ссылку на ст. 201 ГК РФ, которая, в свою очередь, устанавливает правила исчисления срока исковой давности при перемене лиц в обязательстве.

Чтобы выявить смысл термина «правопредшественник» в тексте Постановления № 28, мы можем совершить небольшой экскурс в историю его использования в разъяснениях ВАС РФ. Например, в п. 11 совместного постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 29.04.2010 № 10/22 он использовался ВАС исключительно в контексте правопреемства. Однако если рассматривать его именно в этом качестве, то есть понимать под «правопредшественником» лицо, передавшее «новому» участнику свои права и (или) обязанности в порядке правопреемства, то комментируемое положение в Постановлении № 28 становится не только очень ограниченным, но и достаточно очевидным для того, чтобы уделять ему внимание в постановлении Пленума ВАС РФ. Эта очевидность наталкивает на мысль о том, что понятие «правопредшественник» должно толковаться шире и включать также прежних участников, передавших истцам акции или доли в уставном капитале по сделкам (продавцов, дарителей и т. д.).

Чтобы убедиться в возможности широкого понимания термина «правопредшественник», проследим, как трактуются в судебной практике правила Постановления № 28, где он также был использован. В одном из дел суды отказали истцу во взыскании убытков, причиненных обществу, по причине того, что он получил статус участника по договору купли-продажи доли в уставном капитале общества после факта причинения убытков обществу. Направляя дело на новое рассмотрение, кассационная инстанция отметила, что суд, отказывая в иске и ссылаясь на то, что истец отыскивает убытки за период, когда не был участником общества, не учел одного факта.

Такие требования вправе заявлять и участник общества за период, когда он еще не был участником такого общества, о чем вполне определенно и конкретно указано в п. 10 Постановления № 28 (постановление ФАС Московского округа от 31.10.2013 по делу № А40-144405/2012-57-1381).

Другими словами, основание по которому истец приобрел долю в уставном капитале общества (договор или правопреемство) не имеет значения для цели применения Постановления № 62. Думается, аналогичный подход следует ожидать и при применении Постановления № 28. Новая практика только начала формироваться, но из уже доступных судебных постановлений видно, что понимание правопредшественника как отчуждателя акций или доли в уставном капитале не вызывает у судов принципиального отторжения (постановление ФАС Московского округа от 14.07.2014 по делу № А41-41802/2013).

1См., напр.: Ягельницкий А. А. Нового участника не устраивает ранее принятый корпоративный акт. Когда он может его оспорить // Арбитражная практика. 2014. № 6. С. 98–106 (в статье также рассматривается зарубежный опыт по этому вопросу); Габов А. В. Об ответственности членов органов управления юридических лиц // Вестник ВАС РФ. 2013. № 7. С. 36–79; Чернышов Г. П. О некоторых вопросах обжалования акционером решений общего собрания акционеров // Закон. 2006. № 9.
2Ягельницкий А. А. Указ. соч. С. 106.
3См. об этом: Бойко Т. С. Ответственность членов органов управления юридических лиц. Комментарий к отдельным положениям проекта Постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» // Закон. 2013. № 6. С. 83—92; Кузнецов А. А. Комментарий к Постановлению Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» // Вестник ВАС РФ. 2013. № 10. С. 42—64; Ягельницкий А. А. Категория правопреемства в российском гражданском праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2011.
4Рыбалов А.О. Некоторые вопросы вещных обязательств // Вестник ВАС РФ. 2013. № 12. С. 62–70.
5См.: Ярков В. Косвенные иски: проблемы теории и практики // Корпоративный юрист. 2007. № 11. Будет уместным заметить, что получение «выгоды» (в форме возращенного имущества) по результатам оспаривания сделки в качестве критерия определения косвенной природы иска.
6К слову, в отношении исков прокуроров об оспаривании сделок ВАС занял противоположную позицию: «При рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной и о применении последствий недействительности ничтожной сделки необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности определяется по правилам гражданского законодательства таким же образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право которого нарушено» (п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе»).
7Постановление Президиума ВАС РФ от 02.11.2010 № 7981/2010 по делу № А56-35901/2009.
 

Анонсы будущих номеров

    Стать подписчиком


    Ваша персональная подборка

      Подписка на статьи

      Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

      Академия юриста компании


      Самое выгодное предложение

      Смотрите полезные юридические видеолекции

      Смотреть видеолекции

      Cтать постоян­ным читателем журнала!

      Самое выгодное предложение

      Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

      Живое общение с редакцией


      Рассылка




      © Актион кадры и право, Медиагруппа Актион, 2007–2017

      Журнал «Арбитражная практика для юристов» –
      о том, как выиграть спор в арбитражном суде

      Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции журнала «Арбитражная практика для юристов».

      
      • Мы в соцсетях

      Входите! Открыто!
      Все материалы сайта доступны зарегистрированным пользователям. Регистрация займет 1 минуту.

      У меня есть пароль
      напомнить
      Пароль отправлен на почту
      Ввести
      Я тут впервые
      И получить доступ на сайт Займет минуту!
      Введите эл. почту или логин
      Неверный логин или пароль
      Неверный пароль
      Введите пароль